Аналитическая справка о причинах отмен (изменений) судебных актов, принятых арбитражным судом республики коми, вышестоящими судебными инстанциями за 2 полугодие 2014 года

«ОДОБРЕНО»

Постановлением Президиума

Арбитражного суда Республики Коми

от «19» марта 2015 года № 2

 

 

Аналитическая справка

О ПРИЧИНАХ ОТМЕН (ИЗМЕНЕНИЙ)

СУДЕБНЫХ АКТОВ, ПРИНЯТЫХ

АРБИТРАЖНЫМ СУДОМ РЕСПУБЛИКИ КОМИ, ВЫШЕСТОЯЩИМИ СУДЕБНЫМИ ИНСТАНЦИЯМИ

за 2 полугодие 2014 года

 

СОДЕРЖАНИЕ

Положения гражданского законодательства об отдельных видах договоров:
 
Договор энергоснабжения
 
Договор страхования
 
Договор аренды
 
Применение общих положений гражданского законодательства
 
Срок исковой давности
 
Гражданско-правовая ответственность
 
Вопрос о заключенности договора
 
Негаторный иск
 
Споры, возникающие при применении законодательства о несостоятельности (банкротстве)
 
Споры, возникающие из административных правоотношений
 
Применение налогового законодательства
 
Применение законодательства о страховых взносах
 
Дела, связанные с применением законодательства об административных правонарушениях
 
Применение закона о коррупции
 
Судебные акты, отмененные в связи с нарушением норм процессуального права

 

 

 

ПОЛОЖЕНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДАХ ДОГОВОРОВ

Договор энергоснабжения

Управляющая компания вправе требовать оплаты энергоресурса с потребителя только после приобретения ею статуса исполнителя данной коммунальной услуги. (А29-6071/2013)

Иск Предпринимателя о признании незаконными действий ресурсоснабжающей организации по выставлению к оплате стоимости электроэнергии, потребленной на общедомовые нужды многоквартирного жилого дома, в котором находится нежилое помещение, принадлежащее истцу на праве собственности, был удовлетворен. Суд апелляционной инстанции оставил судебное решение в силе.

При принятии судебных актов суды исходили из отсутствия у Предпринимателя обязанности по оплате стоимости электрической энергии, поставленной на общедомовые нужды в спорный период, непосредственно в адрес ресурсоснабжающей организации. Суды пришли к выводу, что содержать места общего пользования, в том числе контролировать и оплачивать потребление электрической энергии ресурсоснабжающей организации, должна компания, в управлении которой находился жилой дом.

Кассационная инстанция вышеуказанные судебные акты отменила, указав, что с учетом подлежащих применению положений Правил N 354 * (пункты 8-10, 14-17), ресурсоснабжающая организация имеет право требовать задолженность за оказанные коммунальные услуги с конечных потребителей в тех случаях, когда она является исполнителем данных услуг.

При направлении дела на новое рассмотрение кассационная инстанция указала на необходимость установить: приступила ли выбранная управляющая организация к управлению многоквартирным домом и оказанию коммунальных услуг; заключен ли у управляющей организации договор с ресурсоснабжающей организацией на поставку ресурса; имела ли управляющая организация статус исполнителя коммунальной услуги электроснабжения в спорный период.

 

При определении объема подлежащего оплате энергоресурса, поставленного в жилые многоквартирные дома, не оборудованные общедомовыми приборами учета, до вступления в силу Правил № 354, следует руководствоваться положениями Правил № 124**. (А29-8297/2013)

Спор между сторонами дела сводился к вопросу определения объема полезного отпуска электроэнергии в управляемые ответчиком многоквартирные жилые дома, не оборудованные общедомовыми приборами учета.

* Постановление Правительства РФ от 06.05.2011 N 354 (ред. от 14.02.2015) "О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов" (вместе с "Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов")

** Правила, обязательные при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124 "О Правилах, обязательных при заключении договоров снабжения коммунальными ресурсами для целей оказания коммунальных услуг"

Суды первой и второй инстанций признали правомерным расчет истца, исходя из норматива потребления электроэнергии на содержание мест общего пользования, указанного в приказе Службы Республики Коми по тарифам от 15.12.2010 N 95/8 "О нормативах потребления коммунальных услуг по электроснабжению для населения Республики Коми, проживающего в жилых помещениях".

Кассационная инстанция судебные акты данных инстанций отменила, дело направила на новое рассмотрение, исходя из следующего.

До вступления в силу Правил № 354 (вступили в силу 01.09.2012), объем коммунального ресурса, поставляемого по договору ресурсоснабжения в многоквартирный дом, не оборудованный коллективным (общедомовым) прибором учета, определяется по формуле, определенной в подпункте "е" пункта 3 Постановления N 124. Данная формула учитывает норматив потребления данного ресурса на общедомовые нужды.

Выводы судов о доказанности истцом размера долга без учета проверки его соответствия Правилам N 124 преждевременны. Суды не учли данные нормы материального права и не установили применительно к вышеуказанной формуле объем полезного отпуска электроэнергии в необорудованные общедомовыми приборами учета жилые многоквартирные дома, от которого зависит подлежащий оплате ответчиком объем услуг по передаче электроэнергии в отношении упомянутых объектов.

У ресурсоснабжающей организации право требовать оплаты энергоресурса возникло на основании агентского договора, заключенного с управляющей компанией. (А29-1575/2014)

Суд первой инстанции отказал в иске ресуроснабжающей организации о взыскании с собственника нежилых помещений в многоквартирном жилом доме долга по оплате поставленной теплоэнергии.

Апелляционный суд удовлетворил жалобы истца и третьего лица (Управляющей компании) и отменил решение суда, исковые требования удовлетворил в полном объеме, указав на то, что судом первой инстанции не была дана оценка агентскому договору, заключенному между теплоснабжающей организацией и Управляющей компанией.

Согласно данному договору агент (истец, ресурсоснабжающая организация) обязуется от своего имени и за счет принципала (третье лицо, Управляющая компания) осуществлять юридические и иные действия, в том числе получение денежных средств от потребителей за оказанные принципалом коммунальные услуги на расчетный счет агента.

При таких обстоятельствах, несмотря на участие Управляющей компании как исполнителя коммунальных услуг в обеспечении собственников жилищно-коммунальными услугами, в частности, тепловой энергией и теплоносителем, обязанность оплатить потребленные услуги возложена на конечных потребителей, причем в силу агентского договора оплата должна производиться на расчетный счет теплоснабжающей организации, минуя счет исполнителя коммунальных услуг.

 

Некорректная работа приборов учета подтверждена отчетами о потреблении тепловой энергии и теплоносителя, поставленный в указанный период энергоресурс подлежит оплате потребителем. (А29-4350/2013)

Рассматриваемый в суде спор возник в отношении объема предъявленного к оплате количества тепловой энергии.

Объем тепловой энергии был определен истцом по показаниям установленных приборов учета с дополнительным выставлением объемов тепловой энергии, рассчитанных за период работы приборов учета в нештатных ситуациях, с чем ответчик не согласился.

Суд первой инстанции частично отказал в удовлетворении требований о взыскании долга, поскольку истец не представил документы, подтверждающие некорректную работу приборов учета потребителя.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда в данной части не согласился, указав на то, что такими доказательствами являются отчеты о потреблении тепловой энергии и теплоносителя, из которых следует, что в спорный период имели место нештатные ситуации, когда прибор учета временно не учитывал потребление. В отчетах указан период времени отсутствия учета. При этом доказательств того, что в указанный период имел место перерыв в подаче тепловой энергии в материалах дела не имеется и ответчиком о данных фактах не заявлено. В силу ст. 544 ГК РФ фактическое потребление энергоресурса должно быть оплачено.

Апелляционная инстанция также не согласилась с выводом суда о применении в спорной ситуации положений Правил учета тепловой энергии и теплоносителя, утвержденные Минтопэнерго Российской Федерации от 12.09.1995 N ВК-4936 (далее - Правила учета), регламентирующих случаи неисправности прибора учета, поскольку такой неисправности установлено не было.

 

В отсутствие доказательств возврата помещения арендодателю арендатор продолжает нести обязанность по оплате поставленного в данное помещение теплоресурса. (А29-2056/2014)

Во исполнение договора теплоснабжения истец в спорный период осуществлял поставку тепловой энергии в арендуемое ответчиком у третьего лица помещение. Суд первой инстанции отказал во взыскании долга по оплате указанного энергоресурса, ссылаясь на то, что судебным решением по другому делу договор аренды данного помещения между ответчиком и третьим был расторгнут с момента, предшествующего спорному периоду потребления.

Апелляционный суд решение суда отменил, иск удовлетворил, указав, что ответчик факт поставки тепловой энергии и ее стоимость не оспорил. При наличии между сторонами договорных отношений по поставке тепловой энергии ответчик не представил в материалы дела доказательств возврата в спорный период арендуемого им помещения третьему лицу.

Факт расторжения договора аренды не свидетельствует о том, что ответчик прекратил пользоваться объектом энергоснабжения. У арендатора обязанность по внесению оплаты за тепловую энергию прекращается с момента возврата арендодателю объекта найма. Третье лицо факт возврата ему помещения отрицает, а в силу пункта 2 статьи 655 ГК РФ таковой должен подтверждаться составлением подписанного в двустороннем порядке передаточного документа. Последний в материалы дела не представлен.

 

Договор страхования

Расходы на проведение независимой экспертизы понесены истцом в целях доказывания заниженного размера ущерба, определенного страховщиком, поэтому на основании статей 15, 393 ГК РФ они подлежат взысканию с последнего в полном объеме. (А29-6296/2013, А29-4872/2013)

Рассмотрев исковые требования о взыскании со страховщика суммы страхового возмещения, уточненные по сумме с учетом результатов проведенной по делам судебной экспертизы, суд первой инстанции такие требования удовлетворил. В части требований о взыскании с ответчика стоимости произведенной истцом в досудебном порядке независимой оценки страхового возмещения суд в первом деле в удовлетворении иска отказал, во втором деле - удовлетворил данные требования частично.

Признавая спорные требования необоснованными, суд первой инстанции указал, что исковые требования были уточнены истцом по результатам проведенной в рамках дела судебной экспертизы, а отчет независимого оценщика судом не принят.

Апелляционный суд судебные акты в указанной части отменил, исковые требования о взыскании стоимости произведенной истцом независимой оценки страхового возмещения удовлетворил в полном объеме. При этом указал, что в силу пункта 5 статьи 12 Федерального закона Об ОСАГО стоимость независимой экспертизы (оценки) подлежит включению в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования. В силу положений статей 15, 393 ГК РФ истец имеет право на их возмещение за счет ответчика, поскольку такие расходы являются прямыми убытками истца. То обстоятельство, что в ходе рассмотрения дела по ходатайству истца была проведена экспертиза, результаты которой были положены в основу судебного акта, и при этом, заключение оценщика, выполненное на досудебной стадии, не было использовано для определения суммы требований, подлежащих удовлетворению, не может служить основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании стоимости оценки, поскольку судом установлено, что обращение истца к оценщику для определения стоимости восстановительного ремонта и размера утраты товарной стоимости было обусловлено необходимостью восстановления права истца на получение страхового возмещения в полном объеме в соответствии с требованиями законодательства.

 

Договор аренды

Непостановка на кадастровый учет части арендуемого земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, при передаче его в субаренду, не влечет за собой признание договора субаренды незаключенным. (А29-3928/2014)

Арендатор обратился в суд с иском о взыскании с субарендатора задолженности по арендным платежам и неустойки. В отсутствие данных о постановке переданного в субаренду части земельного участка суд первой инстанции пришел к выводу о незаключенности договора субаренды (пункт 3 статьи 607, статья 615 ГК РФ) и взыскал с ответчика в пользу истца сумму неосновательного обогащения за пользование данным объектом недвижимости.

Апелляционный суд с доводами истца о согласовании сторонами предмета договора субаренды согласился, решение суда отменил, иск удовлетворил в полном объеме.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 (в редакции от 25.01.2013) разъяснено, что арендаторы земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе передавать их в субаренду с условием о том, что субарендатор будет пользоваться только согласованной сторонами частью арендованного земельного участка. При разрешении споров, связанных с заключением и исполнением таких договоров субаренды, подлежат применению правовые позиции, изложенные в абзацах втором - пятом названного пункта.

В абзаце 5 пункта 9 названного постановления Пленума предусмотрено, что отсутствие кадастрового паспорта части земельного участка не может являться безусловным основанием для признания договора аренды (субаренды) незаключенным в случае, если имеется подписанный сторонами документ, содержащий графическое и/или текстуальное описание той части земельного участка, пользование которой будет осуществляться арендатором (в том числе с учетом данных, содержащихся в кадастровом паспорте соответствующей недвижимой вещи) и из этого описания следует, что предмет договора аренды согласован сторонами.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии между сторонами договора субаренды разногласий относительно местоположения, границ и площади части земельного участка, переданного в субаренду. Объект субаренды передан ответчику по акту приема-передачи. До спорного периода неплатежей обязанность по внесению арендной платы ответчиком исполнялась.

 

Арендодатель не вправе отказаться от приемки объекта аренды и в том случае, когда данный объект возвращается ему арендатором не в надлежащем виде. (А29-9323/2013)

Судебным решением требования о взыскании задолженности по арендной плате были удовлетворены частично, поскольку суд пришел к выводу, что арендные отношения сторон прекратились ранее, чем указал в иске арендодатель.

Апелляционная инстанция судебное решение отменила, в иске отказала в силу следующего. Арендатор неоднократно просил принять арендованные помещения, однако истец уклонился от приемки арендованного помещения, в связи с чем необоснованно предъявил требование о взыскании задолженности по арендной плате. При этом, нормами действующего законодательства и договором аренды не предусмотрено право арендодателя отозвать уведомление о расторжении договора.

Согласно части 1 статьи 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа, или в состоянии, обусловленном договором. Необоснованный отказ арендодателя принять помещение из аренды препятствует исполнению арендатором обязанности, установленной частью 1 статьи 622 ГК РФ, поэтому, если арендодатель необоснованно отказывается принимать помещение, он в силу пункта 1 статьи 406 ГК РФ считается просрочившим кредитором.

В пункте 3 статьи 405 ГК РФ установлено, что должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора. Таким образом, если арендатор не мог возвратить помещение вследствие просрочки арендодателя (кредитора), в силу пункта 3 статьи 405 ГК РФ арендатор не будет считаться просрочившим должником. Тем самым исключается применение части 2 статьи 622 ГК РФ, предусматривающей, что, если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. Данный вывод согласуется с пунктом 37 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой", в котором разъяснено, что арендодатель не вправе требовать с арендатора арендной платы за период просрочки возврата имущества в связи с прекращением договора в случае, если арендодатель сам уклонялся от приемки арендованного имущества.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что после прекращения арендных отношений арендатор неоднократно просил принять помещение, однако истец отказывался принять помещение по акту приема-передачи, ссылаясь на наличие в нем недостатков. Арендодатель не вправе не принять возвращаемое арендатором помещение после прекращения договора аренды (несмотря на ухудшение арендованного имущества), наличие недостатков в помещении, возвращаемом по окончании срока действия договора аренды, не дает арендодателю права отказаться принять такое помещении из аренды, так как в противном случае арендодатель получает возможность принудить арендатора к пользованию помещением после прекращения договора аренды вопреки его воле, что нарушает установленный статьей 421 ГК РФ принцип свободы договора.

 

Арендодатель-банкрот не доказал, что заключенный истцом договор аренды убыточен для него; конкурсный управляющий пропустил трехмесячный срок для отказа от данной сделки. (А29-498/2014)

Судебным решением удовлетворены требования истца-банкрота о возврате имущества, переданного им в аренду ответчику, основанного на положениях статей 102, 129 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". Иск мотивирован тем, что ответчик передал в субаренду арендованное им имущество по цене, превышающей арендную плату, в связи с чем спорная сделка препятствует восстановлению платежеспособности должника (истца) и убыточна для него.

Суд апелляционной инстанции отменил решение суда, в иске отказал, не согласившись с выводами суда первой инстанции об убыточности сделки, а также о том, что конкурсный управляющий не пропустил установленный Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (ст.ст. 102, 129) трехмесячный срок на отказ от такой сделки.

Суд первой инстанции посчитал, что для целей исчисления такого срока имеет осведомленность арбитражного управляющего о наличии сделок должника, что предполагает не только возникновение у него соответствующих полномочий, но и обладание документацией должника, в связи с чем принял во внимание довод истца о том, что о спорной сделке узнал позднее из письма Сбербанка.

Апелляционная инстанция, с которой согласился и суд кассационной инстанции, указала на пропуск управляющим императивно установленного законом срока для отказа от сделки и доводы истца в указанной части отклонила. Не согласились суды и с выводом суда первой инстанции об убыточности сделки, поскольку спорное имущество передано в субаренду по цене в пять раз превышающей размер арендной платы. Апелляционный суд указал, что истец не представил доказательств того, что истец имеет возможность передать истребуемое имущество в аренду другому лицу за большую стоимость, чем получает от ответчика; наличие договора субаренды не противоречит закону и само по себе не доказывает причинение убытков. Кассационная инстанция также указала, что истец не представил в материалы дела аналогичные спорной сделке договоры.

 

Суд неверно оценил факт направления арендатору соглашения о расторжении договора аренды как односторонний отказ арендодателя от договора. Неиспользование арендованного имущества нетождественно обстоятельствам пользования им не по назначению, в силу чего оснований для изъятия объекта аренды у арендатора со ссылкой на условия договора не имелось. (А29-4414/2014)

Договором аренды установлено право арендодателя в одностороннем порядке отказаться от его исполнения в случае, если арендатор использует помещение в целом или частично не по назначению (передан в аренду для размещения детского кафе).

Истец, полагая, что арендодателем совершены действия по одностороннему отказу от исполнения договора, просил признать договор аренды расторгнутым и в связи с этим истребовать помещения.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, пришел к выводу о правомерности отказа от договора, поскольку неиспользование переданного помещения наравне с использованием не по назначению является нарушением условий договора.

Апелляционная инстанция судебное решение отменила, в иске отказала. В постановлении указала, что из буквального содержания письма арендодателя следует, что он предлагает арендатору заключить соглашение о расторжении договора аренды, в силу чего данное обращение истца нельзя рассматривать как односторонний отказ от договора в соответствии с пунктом 3 статьи 450 ГК РФ. Кроме того, из договора следует, что основанием для его расторжения является только использование имущества не по назначению. Тот факт, что ответчик не пользовался помещением (кафе было закрыто) не является в силу условий договора основанием для одностороннего отказа от его исполнения.

 

 

ПРИМЕНЕНИЕ ОБЩИХ ПОЛОЖЕНИЙ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

 

Срок исковой давности

Течение срока исковой давности должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее совершении. (А29-9752/2013)

Истец, как участник Общества, оспорил договоры, заключенные 1 марта 2011 года и 2 апреля 2012 года, по мотивам заинтересованности (статья 45 Федерального закона Российской Федерации "Об обществах с ограниченной ответственностью") и по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации о мнимости сделки.

Истец, возражая против доводов ответчиков о пропуске им срока исковой давности, указал, что при проведении внеочередного общего собрания участников 31 октября 2013 года он потребовал представления документов о деятельности Общества.

Суд в иске отказал, в силу пропуска срока исковой давности. Апелляционная инстанция судебное решение изменила, не согласившись с такими выводами суда.

Как следует из положений статьи 200 ГК РФ и постановления Конституционного суда РФ от 10 апреля 2003 года N 5-п течение срока исковой давности должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее совершении.

Ответчики (Общество, второй участник Общества и, одновременно, его генеральный директор) не представили доказательств, свидетельствующих о том, что истец реально имел возможность узнать о сделках в течение года с момента их заключения. Уставом Общества предусмотрены сроки проведения очередных собраний участников общества, однако такие собрания не проводились. Суд не может ставить истцу в вину, что он, при невыполнении вторым участником, являющимся генеральным директором, обязанностей по созыву общих собраний, не инициировал их проведение. Обязанность созыва очередного общего собрания участников в первую очередь лежит на исполнительном органе.

 

Гражданско-правовая ответственность

Определение размера неустойки, исходя из общей цены контракта, а не с учетом стоимости просроченного обязательства, является неправомерным. Тот факт, что должник (подрядчик) не воспользовался своим правом на приостановление работ, не влечет за собой невозможность применения положений об определении его ответственности при наличии вины кредитора (заказчика). (А29-5634/2013)

Согласно муниципальному контракту подрядчик в случае просрочки выполнения работ обязан оплатить заказчику неустойку в размере 1% от цены контракта за каждый день просрочки исполнения обязательства. Судебным решением требования заказчика о взыскании с подрядчика такой неустойки были удовлетворены частично с учетом положений статьи 333 ГК РФ. Апелляционная инстанция согласилась с выводами суда.

Кассационный суд судебные акты отменил, дело направил на новое рассмотрение, указав, что судам следует установить размер ответственности подрядчика при наличии вины заказчика, исходя из стоимости просроченного обязательства, а также учесть позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 N 5467/14.

Согласно указанной правовой позиции ВАС РФ включение в текст государственного контракта условия о возможности начисления неустойки на общую сумму контракта, а не на стоимость просроченного обязательства является неправомерным. Такой условие контракта необходимо оценивать, как злоупотребление истцом (заказчиком) правом, учитывая специфику императивно регламентированной законом процедуры заключения государственных и муниципальных контрактов.

Кроме того, суд кассационной инстанции указал, что суды необоснованно отклонили довод ответчика о необходимости применения положении статьи 404 ГК РФ об определении размера ответственности должника при наличии вины кредитора. Ответчик ссылался на задержку выполнения работ по вине истца ввиду несвоевременного предоставления им проектно-сметной документации и несовершения других действий, предусмотренных контрактом. Данный довод не был принят во внимание судами со ссылкой на то, что ответчик не воспользовался своим правом на приостановление работ (пункт 1 статьи 719 ГК РФ). Между тем продолжение работ подрядчиком при наличии оснований для их приостановления в силу статьи 719 ГК РФ само по себе не исключает возможности применения судом положений статьи 404 ГК РФ для определения размера ответственности при наличии вины кредитора.

 

Вопрос о заключенности договора

Заключение сторонами дополнительного соглашения не изменило их права и обязанности по основному договору, прошедшему государственную регистрацию, законом государственная регистрация таких соглашений также не предусмотрена, в силу чего выводы суда о незаключенности соглашения необоснованны. (А29-413/2014)

Судебным решением исковые требования Комитета лесов к арендатору о понуждении выполнить обязательства по договору аренды лесного участка в соответствии с заключенным в его исполнение Соглашением об объемах мероприятий по охране, защите и воспроизводству лесов, отклонены, встречный иск о признании данного Соглашения незаключенным, в виду отсутствия его государственной регистрации, удовлетворен.

Апелляционная инстанция судебное решение отменила, обязала ответчика выполнить требуемые мероприятия, в удовлетворении встречного иска отказала в силу следующего.

В договоре аренды установлена обязанность арендатора осуществлять санитарно-оздоровительные мероприятия, лесовосстановление и уход за лесом на условиях, в объемах и в сроки, которые указаны в Соглашении, заключенном в соответствии с проектом освоения лесов за счет средств арендатора. Одно из приложений договора аренды содержит перечень мероприятий по охране, защите, воспроизводству лесов и лесоразведению (в перечень входят и те, на выполнении которых настаивает истец), при этом относительно сроков исполнения работ содержится отметка "согл. соглашения". Таким образом, спорное Соглашение подписано в соответствии со статьей 19 Лесного кодекса РФ (мероприятия по охране, защите, воспроизводству лесов), во исполнение условий договора аренды.

Статьей 153 ГК РФ установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Принимая во внимание, что из содержания Соглашения не следует, что оно изменяет договоренности, достигнутые сторонами при заключении договора аренды, а также, учитывая, что для данной категории сделок требование о регистрации действующим законодательством не предусмотрено, апелляционный суд пришел к выводу, что встречный иск удовлетворению не подлежит.

В отсутствие договора, подписанного в двустороннем порядке, суду, в целях разрешения вопроса о его заключенности, следовало проверить соблюдение сторонами установленного законом порядка направления предложения по его заключению (оферты) и принятия данного предложения (акцепта). (А29-2766/2014)

Подрядчик обратился в суд с иском к заказчику о признании договора подряда, подписанного истцом в одностороннем порядке, заключенным. Ответчик против иска возражал, ссылаясь на несогласованность сторонами существенных условий договора подряда. Суд требования истца удовлетворил, указав, что заказчик допустил подрядчика на свой объект и последний приступил к выполнению работ. Согласно разъяснению, изложенному в пункте 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», исполнение договора сторонами указывает на наличие у них определенности в вопросе его существенных условий.

Апелляционная инстанция судебное решение отменила, поскольку пришла к выводу, что действия сторон по поводу спорного подряда не соответствуют положениям ГК РФ (ст.ст. 432-438) о порядке заключения договора путем направления оферты и получения акцепта. Ответчик факт передачи ему договора подряда отрицает; ответчик доказательств этого суду не представил. Апелляционный суд указал, что в отсутствие доказательств направления оферты платежное поручение ответчика о перечислении денежной суммы истцу во исполнение данного договора, не может быть признано судом в качестве акцепта, то есть согласия на заключение договора подряда на определенных условиях.

 

Негаторный иск

ТСЖ в силу возложенных на него обязанностей по сохранению и использованию общего имущества является надлежащим истцом по негаторным искам в отношении такого имущества. (А29-1384/2013)

Товарищество собственников жилья обратилось с иском к собственнику нежилых помещений в многоквартирном доме об устранении препятствий в пользовании общедомовым имуществом в виде демонтажа возведенных построек. ТСЖ считает, что ответчик использует общее имущество многоквартирного дома в нарушение гражданского и жилищного законодательства.

Суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что негаторный иск заявлен ненадлежащим истцом, поскольку собственники помещений в доме не предоставили ему права на обращение с таким иском.

Кассационная инстанция с выводами судов не согласилась, дело направила на новое рассмотрение, указав следующее. ТСЖ в силу возложенных на него обязанностей по надлежащему сохранению и использованию общего имущества (пункты 6,7 статьи 138 Жилищного кодекса РФ) имело право на обращение в суд с настоящим иском, заявленному в интересах всех собственников квартир и помещений, находящихся в управляемом им доме. При этом, для подтверждения такого права принятия собственниками помещений решения по данном вопросу не требуется. Члены ТСЖ решения, выражающего отказ от обращения в суд за защитой нарушенного права общей собственности, не принимали.

 

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПРИМЕНЕНИЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)

 

Поскольку задолженность по выплате вознаграждения конкурсного управляющего образовалась за более ранний период, чем задолженность перед привлеченными по договору лицами, действия конкурсного управляющего по выплате им сумм за оказанные услуги совершены с нарушением положений законодательства о банкротстве (А29-7887/2009).

Арбитражный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением к Федеральной налоговой службе о взыскании вознаграждения конкурсного управляющего и судебных расходов за период процедуры конкурсного производства в размере 649 813 руб. 50 коп.

Определением Арбитражного суда Республики Коми с Федеральной налоговой службы в пользу арбитражного управляющего взысканы судебные расходы и вознаграждение в общей сумме 552 636 руб. 54 коп.

В числе доводов в возражение заявленных требований, уполномоченный орган указывал, что имело место нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов по текущим обязательствам, а именно, арбитражный управляющий произвела оплату за счет денежных средств должника привлеченному специалисту в общей сумме 71 612 руб. 90 коп. по договору за период оказания ею услуг с 22.07.2010 по 28.02.2013. Тогда как задолженность по вознаграждению конкурсному управляющему не была выплачена за период с апреля 2012 по дату завершения конкурсного производства.

В соответствии с пунктом 3 статьи 5 Закона о банкротстве удовлетворение требований кредиторов по текущим платежам в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, производится в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам погашаются вне очереди за счет конкурсной массы преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия заявления о признании должника банкротом. Требования кредиторов по текущим платежам удовлетворяются в следующей очередности: в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, с взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц; во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих по трудовым договорам, а также требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности данных лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта.

Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Учитывая, что задолженность по выплате вознаграждения конкурсного управляющего образовалась за более ранний период, чем задолженность перед привлеченными специалистами, действия конкурсного управляющего по выплате 71 612 руб. 90 коп. привлеченным лицам совершены с нарушением положений законодательства о банкротстве.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в абзаце втором пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» разъяснил, что поскольку вознаграждение арбитражному управляющему осталось невыплаченным ввиду погашения им самим за счет конкурсной массы других требований в нарушение очередности, установленной статьей 134 Закона о банкротстве, обязанность по выплате такого вознаграждения не может быть возложена на заявителя.

Учитывая отсутствие оснований для взыскания с налогового органа вознаграждения конкурсного управляющего в размере 71 612 руб. 90 коп. определение Арбитражного суда Республики Коми в указанной части было изменено Постановлением суда апелляционной инстанции, с ФНС России была взыскана в пользу арбитражного управляющего сумма расходов и вознаграждения за минусом указанной суммы.

Перечисление денежных средств по инкассовому поручению подлежит признанию недействительным, поскольку бывший генеральный директор должника, ранее уволенный в декабре 2012 года, заключая новый трудовой договор в процедуре наблюдения, не мог не предполагать, что трудовые отношения с ним, как руководителем, будут прекращены досрочно в связи с введением соответствующих процедур в рамках Закона о несостоятельности, при этом судом установлено, что компенсацию за увольнение он получил дважды (А29-5856/2012).

Конкурсный управляющий Птицефабрики обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительной сделки по оплате инкассовым поручением № 90257 от 18.03.2014 генеральному директору компенсации в размере 226 929 руб. 60 коп. и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Республики Коми в удовлетворении требований отказано в связи с отсутствием правовых оснований.

Конкурсный управляющий, не согласившись с принятым определением, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Как следует из материалов дела, 22.02.2013 между Птицефабрикой (работодатель) и работником Ф. заключен трудовой договор, в соответствии с которым Ф. назначается на должность генерального директора Птицефабрики с 22.02.2013.

Настоящий трудовой договор заключен на определенный срок с 22.02.2013 по 21.02.2014.

В соответствии с пунктом 6.3 трудового договора в случае расторжения договора до истечения срока его действия по решению учредителя работодателя при отсутствии виновных действий (бездействия) работника ему выплачивается компенсация в размере трехкратного среднего месячного заработка.

Решением единственного участника должника от 22.04.2013 № 21 досрочно прекращены полномочия генерального директора Птицефабрики.

На основании данного решения издан приказ единственного участника должника от 23.04.2013 № 88-лс, в соответствии с которым Ф. уволен 24.04.2013 на основании пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации (сокращенно – ТК РФ).

Кроме того, Ф. являлся генеральным директором должника в период с 18.03.2010 по 29.12.2012 и был уволен в декабре 2012 года на основании решения единственного участника должника от 26.12.2012 с выплатой пособия в размере трехкратного среднемесячного заработка на основании статьи 279 ГК РФ.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 12.05.2013 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

Решением Сыктывдинского районного суда Республики Коми от 05.12.2013 по делу № 2-619/2013 с Птицефабрики в пользу Ф. взыскана задолженность по заработной плате в сумме 25 266 руб. 31 коп., компенсация за неиспользованный отпуск в размере 17 485 руб. 71 коп., компенсация в соответствии со статьей 279 ТК РФ в размере 226 929 руб. 60 коп. (без учета налога на доходы физических лиц), компенсация за задержку заработной платы и выплат при увольнении в сумме 6 600 руб. 46 коп., компенсация морального вреда в размере 1 000 руб., всего 277 282 руб. 08 коп.

На основании исполнительного листа № ВС 006890257 от 11.03.2014 по инкассовому поручению № 90257 от 18.03.2014, исполненному 06.05.2014, со счета должника списано 276 282 руб. 08 коп.

Посчитав, что платеж на сумму 226 929 руб. 60 коп. (вторичная выплата компенсации за расторжение трудового договора в размере трехкратного среднего месячного заработка) является недействительной сделкой, конкурсный управляющий обратилась в Арбитражный суд Республики Коми.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» содержится разъяснение о том, что по правилам главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» может оспариваться, в частности, выплата заработной платы, премии.

В силу пункта 2 статьи 61.2 сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Действия по заключению трудового договора имели место после введения в отношении должника процедуры наблюдения, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при наличии предусмотренных статьей 2 Закона о банкротстве признаков недостаточности имущества и неплатежеспособности, а действия по перечислению денежных средств ответчику произведены в процедуре конкурсного производства, то есть на момент платежа неплатежеспособность должника была установлена.

Пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве разъяснено, что руководитель должника является заинтересованным лицом по отношению к должнику - юридическому лицу.

Таким образом, Ф. как руководитель должника, уволенный в процедуре наблюдения за один день до даты судебного заседания по рассмотрению вопроса о признании должника банкротом, обладавший достоверной информацией о финансовом состоянии должника, должен был знать и не мог не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности и об отсутствии реальной возможности удовлетворить требования кредиторов.

В результате перечисления денежных средств со счета должника причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку вторичная выплата компенсации при расторжении трудового договора хотя и не противоречит трудовому законодательству, но привела к уменьшению размера конкурсной массы должника, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов. При этом соответствие действий трудовому законодательству Российской Федерации не означает невозможность признания их недействительными, поскольку основанием для признания недействительными является их несоответствие законодательству о банкротстве, предусматривающему специальные основания недействительности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в действиях ответчика по получению компенсации имеются признаки злоупотребления правом.

Согласно части 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Ф., как бывший генеральный директор должника, уволенный в декабре 2012 года на основании решения единственного участника должника от 26.12.2012, заключая трудовой договор в процедуре наблюдения, не мог не предполагать, что трудовые отношения с ним, как руководителем, будут прекращены досрочно в связи с введением соответствующих процедур в рамках Закона о несостоятельности. При этом срок трудового договора определен с 22.02.2013 по 21.02.2014, решение об увольнении ответчика принято в течение краткого периода до даты судебного заседания по рассмотрению вопроса о признании должника банкротом.

Учитывая данные обстоятельства, а также, что Ф. ранее уже получал компенсацию за увольнение, дважды увольнение Ф. было произведено в период процедуры наблюдения по решению единственного учредителя должника, который является заинтересованным лицом по отношению к должнику, совокупность указанных фактов свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчика, действия которого направлены на получение дополнительной компенсации, выплата которой производится за счет средств должника.

Исходя из вышеизложенного, Постановлением суда апелляционной инстанции определение Арбитражного суда Республики Коми было отменено на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ, перечисление денежных средств по инкассовому поручению № 90257 от 18.03.2014 на сумму 226 929 руб. 60 коп. признано недействительным; с Ф. в пользу Птицефабрики в качестве применения последствий недействительной сделки взыскано 226 929 руб. полученного вознаграждения.

 

Если перечисление денежных средств произошло менее чем за месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом и после принятия данного заявления, то достаточно установить факт оказания предпочтения перед другими кредиторами должника в отношении удовлетворения требований (А29-5856/2012).

Конкурсный управляющий Птицефабрики обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительными сделок должника по предпочтительному удовлетворению требований кредитора индивидуального предпринимателя на общую сумму 745 000 руб. в счет погашения задолженности за оказанные услуги и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий, не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Согласно заявлению конкурсного управляющего, предприниматель оказал Птицефабрике услуги по перевозке грузов по актам на общую сумму 3 617 880 руб.

Должник перечислил ответчику в счет оплаты оказанных услуг 745 000 руб., что подтверждается: платежными поручениями.

Решением Арбитражного суда Республики Коми должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, утвержден конкурсный управляющий.

Посчитав, что указанные выше платежи являются недействительными сделками, конкурсный управляющий обратилась в Арбитражный суд Республики Коми.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 Постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем доказывания наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из материалов дела следует, что перечисление денежных средств ответчику произошло менее чем за месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом (02.07.2012) и после принятия данного заявления.

Таким образом, в данном случае не требуется устанавливать обстоятельства недобросовестности ответчика (знал или мог знать получатель денежных средств о неплатежеспособности должника или недостаточности его имущества для удовлетворения требований всех кредиторов), а необходимо установить факт оказания предпочтения перед другими кредиторами должника в отношении удовлетворения требований.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, что подтверждается судебными актами об установлении требований кредиторов в реестре требований кредиторов должника.

Требования предпринимателя подлежали заявлению и удовлетворению в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве. При этом требования ответчика должны были удовлетворяться в равной пропорции с требованиями остальных кредиторов третьей очереди. В рассматриваемом же случае ответчик получил удовлетворение своих требований во внеочередном порядке вне рамок дела о банкротстве должника.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание доказанность материалами дела фактов совершения спорных платежей в период, установленный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и оказания такими платежами предпочтения одному кредитору должника перед другими кредиторами, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания спорных платежей недействительными.

Постановлением суда апелляционной инстанции определение Арбитражного суда Республики Коми было отменено; требование конкурсного управляющего удовлетворено, сделки по перечислению денежных средств признаны недействительными; в качестве применения последствий с предпринимателя взысканы полученные денежные средства, а также восстановлена задолженность общества перед предпринимателем.

 

Суд апелляционной инстанции счел акт приемки-передачи векселя заключенным; не усмотрел оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с недоказанностью материалами дела осведомленности контрагента о наличии признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника на момент совершения спорной сделки (А29-5356/2012).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) конкурсный управляющий Торгового дома обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительной сделки по передаче простого векселя Сбербанка России на сумму 800 000 руб., заключенной между Торговым домом и Обществом, и обязании ответчика возвратить простой вексель Сбербанка России серии 0077858 на сумму 800000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Коми акт приемки-передачи векселей признан незаключенным в связи с тем, что акт приема-передачи векселей, как соглашение об отступном, не содержит существенного условия - определение предмета, то есть прекращаемого обязательства.

Не согласившись с принятым определением, Общество обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда и отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Как следует из материалов дела, 26.02.2013 между Обществом (поставщик) и Торговым домом (покупатель) заключен договор на поставку продукции сельского хозяйства.

По условиям договора поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию сельского хозяйства, производимую поставщиком.

В пункте 4.2 договора стороны согласовали, что покупатель оплачивает полученный товар по цене, установленной согласно ценовой политики Общества на момент подачи заявки покупателем, путем перечисления денежных средства на расчетный счет поставщика или внесением денежных средств в кассу поставщика.

По акту приема-передачи векселей Торговый дом (векселедержатель) в соответствии с договором поставки продукции сельского хозяйства от 26.02.2013 передал Обществу (векселеполучатель) простой вексель Сбербанка России ВД № 0077858 на сумму 800000 руб. сроком платежа 15.04.2013.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 29.07.2013 принято к производству заявление Торгового дома о признании несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 28.08.2013 Торговый дом признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

Конкурсный управляющий, считая, что в результате сделки по передаче простого векселя Общество получило предпочтительное удовлетворение своих требований относительно иных кредиторов должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки по передаче векселя недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктом 35 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2000 № 33/14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей», обязанность должника уплатить денежную сумму может быть прекращена выдачей (передачей) или акцептом векселя на согласованных с кредитором условиях. В этом случае денежное обязательство по договору следует считать прекращенным на основании статьи 409 ГК РФ (отступное), если сторона, выдавшая (передавшая) вексель, не несет по нему ответственности, либо на основании статьи 414 ГК РФ (новация), если эта сторона принимает на себя ответственность по векселю.

Согласно статье 409 ГК РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением взамен исполнения отступного (уплатой денег, передачей имущества и т.п.). Размер, сроки и порядок предоставления отступного устанавливаются сторонами.

Материалами рассматриваемого дела подтверждено наличие между Торговым домом и Обществом договорных отношений по поставке продукции сельского хозяйства (договор от 26.02.2013).

Сторонами подписан акт сверки взаимных расчетов за период: март 2013 по договору поставки, согласно которому задолженность Торгового дома перед Обществом составляет 813 524, 52 руб.

В соответствии с договором поставки продукции сельского хозяйства от 26.02.2013 Торговый дом передал Обществу простой вексель на сумму 800 000 руб., о чем составлен акт приема-передачи векселей, в котором отражены: вид векселя, серия и номер векселя, наименование векселедателя, вексельная сумма, процентная ставка, дата и место составления, срок платежа, место платежа.

Наличие задолженности Торгового дома перед Обществом в сумме, определенной актом сверки расчетов, и факт передачи векселя в счет расчетов по договору поставки от 26.02.2013 сторонами не оспаривался.

Напротив, конкурсный управляющий в заявлении о признании сделки недействительной считал, что сделка по передаче векселя на сумму 800 000 руб. в счет оплаты задолженности Торгового дома перед Обществом совершена с нарушением требований статьи 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку Общество получило предпочтительное удовлетворение своих требований относительно иных кредиторов должника.

Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что при подписании акта приема-передачи векселей от 02.04.2013 у сторон не было недопонимания относительно предмета отступного, в связи с чем, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания данного акта незаключенным.

Суд апелляционной инстанции рассмотрел заявление конкурсного управляющего о признании сделки по передаче векселя недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и пришел к следующим выводам.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Материалы дела свидетельствуют о том, что заявление о признании должника банкротом принято к производству Арбитражным судом Республики Коми 29.07.2013, оспариваемая сделка совершена сторонами 02.04.2013, т.е. в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, следовательно, в данном случае подлежит применению пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Наличие на момент заключения оспариваемой сделки задолженности перед другими кредиторами в данном случае не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Исходя из заявленных по настоящему делу требований, подлежат доказыванию также обстоятельства осведомленности Общества о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения сделки. Данные доказательства в материалах дела отсутствуют.

Само по себе наличие задолженности Торгового дома перед Обществом не означает, что кредитор должен знать о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения сделки.

При этом, задолженность перед кредитором возникла в марте месяце 2013 года, а уже в апреле месяце 2013 года совершена сделка по передаче векселя, что свидетельствует об отсутствии длительности просрочки платежа.

Имеющийся в материалах дела баланс предприятия-должника по состоянию на 31.12.2012 не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Учитывая вышеизложенное, конкурсным управляющим не доказана совокупность признаков, необходимых для признания акта приема-передачи простого векселя от 02.04.2013 недействительной сделкой по основаниям, установленным пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем основания для удовлетворения заявления отсутствуют.

Постановлением суда апелляционной инстанции обжалуемый судебный акт отменен в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела и при неправильном применении норм материального права; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании акта приема-передачи простого векселя от 02.04.2013 недействительной сделкой отказано.

 

На дату обращения уполномоченного органа с заявлением о признании должника банкротом мероприятия в рамках добровольной ликвидации Общества не завершены, в связи с чем невозможно соотнести стоимость имущества должника с суммой предъявленных к нему кредиторских требований (А29-1497/2014).

Федеральная налоговая служба на основании статьи 7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.

Решением Арбитражного суда Республики Коми ликвидируемый должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий, при этом требования Инспекции в размере 796 397 руб. 95 коп. признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Общество с принятым решением суда не согласилось и обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе Инспекции в удовлетворении заявленных требований.

Как следует из материалов дела, в отношении должника на дату направления в арбитражный суд заявления Инспекции о признании Общества несостоятельным (банкротом) - 28.02.2014 собранием учредителей общества в связи с прекращением хозяйственной деятельности принято решение о добровольной ликвидации должника, запись о начале ликвидации внесена в ЕГРЮЛ 25.08.2004.

Арбитражный суд Республики Коми, приняв во внимание, что должник на дату рассмотрения заявления уполномоченного органа находится в стадии добровольной ликвидации, при этом доказательств, свидетельствующих о том, что ликвидируемый должник планирует осуществление хозяйственной деятельности, не представлено, учитывая наличие у должника не погашенной более трех месяцев задолженности в сумме, превышающей 100 000 рублей, а также ввиду отсутствия в материалах дела доказательств добровольного погашения должником имеющейся перед уполномоченным органом задолженности, пришел к выводу об обоснованности требования Инспекции.

Согласно статьям 7, 11 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы вправе обращаться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Из положений статей 3, 33 Закона о банкротстве следует, что заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее, чем сто тысяч рублей, и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны быть исполнены.

Нахождение должника в стадии ликвидации по правилам статей 61 - 64 Гражданского кодекса Российской Федерации и работа ликвидационной комиссии (ликвидатора) не лишают кредитора права обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в соответствии с нормами Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 62 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29, если в заседании арбитражного суда по проверке обоснованности требований заявителя к должнику установлено, что во исполнение решения суда учредителями (участниками) либо органом юридического лица, уполномоченным на то учредительными документами, образована ликвидационная комиссия и стоимость имущества должника недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, то к такому должнику судом применяется процедура банкротства ликвидируемого должника в порядке, предусмотренном параграфом 1 главы XI Закона о банкротстве.

В силу статьи 224 Закона о банкротстве в случае, если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

С учетом изложенного, для применения упрощенной процедуры банкротства должника, находящегося в стадии ликвидации, необходимо установить факты образования ликвидационной комиссии и достаточности или недостаточности имущества должника для погашения заявленных кредиторами требований вне зависимости от того, обратился ли с заявлением о признании должника банкротом ликвидатор, уполномоченный орган или кредитор.

Факт нахождения должника в стадии ликвидации судом установлен, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами.

Таким образом, рассматривая требование уполномоченного органа о признании общества несостоятельным (банкротом), арбитражный суд для применения упрощенной процедуры банкротства должника должен установить факт достаточности или недостаточности имущества должника для погашения заявленных кредиторами требований.

Возражая против удовлетворения заявления уполномоченного органа, ликвидатор указал на достаточность имущества должника для удовлетворения требований всех кредиторов, представив в материалы дела документы в подтверждение довода о наличии имущества: бухгалтерскую справку, согласно которой по состоянию на 25.04.2014 у должника имеется движимое и недвижимое имущество на общую сумму 2.225.203 рублей, свидетельства о государственной регистрации права на недвижимое имущество, инвентаризационные описи, письма потенциальных покупателей на имущество должника.

Между тем, при рассмотрении заявления уполномоченного органа суд, несмотря на указание суммы требования уполномоченного органа и наличия имущества у должника, не исследовал вопрос о стоимости данного имущества должника и достаточности его для удовлетворения требований всех кредиторов, в том числе требований заявителя, обратившегося с заявлением о признании должника банкротом по настоящему делу и кредиторов, предъявивших свои требования к ликвидационной комиссии в установленный срок, так как ссылок на источник таких выводов решение не содержит. Судом также не установлено, на какой стадии находится процедура ликвидации общества.

При указанных обстоятельствах суд признал должника банкротом и ввел в отношении общества упрощенную процедуру банкротства ликвидируемого должника без надлежащего исследования обстоятельств дела.

Руководствуясь нормами статьи 63 ГК РФ, статьей 224 Закона о банкротстве, апелляционный суд установил, что несмотря на нахождение должника в стадии ликвидации с 2004 года, в материалы дела не представлено документации, связанной с процессом ликвидации должника, в том числе промежуточный ликвидационный баланс Общества, отсутствуют сведения о перечне предъявленных кредиторами требований и результатах их рассмотрения.

Единственный участник Общества решением от 11.04.2014 назначил себя ликвидатором, провел инвентаризацию имущества, представил бухгалтерскую справку о стоимости имущества. На момент рассмотрения дела в суде первой и апелляционной инстанций ликвидатор не представил сведений о перечне предъявленных кредиторами требований и результатах их рассмотрения.

Суд апелляционной инстанции указал, что представленные ликвидатором в материалы дела сведения о наличии движимого и недвижимого имущества и отсутствие сведений о кредиторской задолженности не позволяют прийти к выводу о невозможности установления недостаточности имущества Общества для удовлетворения требований кредиторов, других доказательств на этот счет уполномоченным органом в материалы дела не представлено.

При указанных обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии у Общества специальных признаков банкротства ликвидируемого должника, в связи с чем не нашел правовых оснований для удовлетворения заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.

Постановлением суда апелляционной инстанции отменен судебный акт первой инстанции в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, а также в связи с нарушением норм материального права. На основании пункта 2 статьи 269 АПК РФ арбитражным судом апелляционной инстанции принято по делу новое решение об отказе уполномоченному органу в удовлетворении заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом) по признакам ликвидируемого должника.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа согласился с выводами суда апелляционной инстанции и оставил кассационную жалобу налогового органа − без удовлетворения.

В случае признания в ходе рассмотрения дела о банкротстве недействительными сделок должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора к должнику по этому обязательству считается существовавшим независимо от совершения этой сделки, однако вопрос о наличии возможности возвратить стороны в первоначальное положение, существовавшее на момент совершения сделки, с учетом произведенных ответчиком работ по реконструкции приобретенного спорного имущества имеет существенное значение для правильного рассмотрения заявленных требований (А29-1077/2012).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением об оспаривании договора купли-продажи от 11.03.2012 нежилого помещения - магазина, площадью 64,6 квадратного метра, заключенного Предпринимателем и третьим лицом.

Заявление основано на статьях 168 и 174.1 ГК РФ, статьях 206, 207 и 61.1 Закона о банкротстве и мотивировано тем, что оспариваемая сделка заключена должником в период процедуры наблюдения; на спорное имущество был наложен арест.

Суд первой инстанции определением от 04.07.2014, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 01.09.2014, удовлетворил заявление конкурсного управляющего: признал договор купли-продажи нежилого помещения от 11.03.2012 недействитель-ным (ничтожным) и применил последствия недействительности сделки, обязав покупателя возвратить имущество в конкурсную массу должника и взыскав с Предпринимателя в пользу покупателя 550 000 рублей стоимости проданного здания.

В силу статьи 202 Закона о банкротстве к отношениям, связанным с банкротством гражданина, применяются правила, установленные в главах I - VIII данного Закона, если иное не предусмотрено названной главой. Данные правила применяются также к отношениям, связанным с банкротством индивидуального предпринимателя и банкротством крестьянского (фермерского) хозяйства, с учетом особенностей, предусмотренных параграфами 2 и 3 указанной главы.

Согласно пункту 1 статьи 206 Закона о банкротстве сделки гражданина могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации и Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 207 Закона о банкротстве одновременно с вынесением определения о введении наблюдения в отношении гражданина арбитражный суд налагает арест на имущество гражданина, за исключением имущества, на которое в соответствии с гражданским процессуальным законодательством не может быть обращено взыскание.

Арест считается наложенным с момента введения наблюдения, поэтому сделки должника с арестованным имуществом являются ничтожными независимо от того, произведено ли в отношении конкретной вещи исполнительное действие или нет (пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей»).

Арбитражный суд вправе по мотивированному ходатайству гражданина или иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с гражданским процессуальным законодательством может быть обращено взыскание, которое является неликвидным или доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов (пункт 2 статьи 205 Закона о банкротстве).

Исходя из пункта 2 статьи 207 Закона о банкротстве по ходатайству гражданина арбитражный суд может освободить имущество гражданина (часть имущества) из-под ареста в случае представления поручительства или иного обеспечения исполнения обязательств гражданина третьими лицами.

Предприниматель с заявлением об освобождении спорного имущества из под ареста либо исключения его из конкурсной массы не обращался.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (статья 61.1 Закона о банкротстве).

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействи-тельна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В рассмотренном деле процедура наблюдения в отношении имущества должника введена определением арбитражного суда 15.02.2011, этим же судебным актом наложен арест на все принадлежащее Предпринимателю имущество, поэтому суды правомерно пришли к выводу о том, что спорная сделка (договор купли-продажи нежилого здания от 11.03.2012) является ничтожной с даты ее заключения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

Согласно статье 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В связи с этим в случае признания в ходе рассмотрения дела о банкротстве недействительными сделок должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора к должнику по этому обязательству считается существовавшим независимо от совершения этой сделки.

В судах первой и апелляционной инстанций ответчик указывал, что в рассмотренном случае невозможно применить последствия недействитель-ности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника, так как фактически объект, приобретенный им по оспариваемой сделке, отсутствует, был осуществлен его снос и построен новый объект, имеющий иные характеристики в результате чего данный объект видоизменен настолько, что его возврат в натуре невозможен. Ответчик заявлял ходатайство о проведении судебной экспертизы.

Судебные инстанции отказали ответчику в удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы, сочли ее проведение нецелесообразным, сделав вывод на основе имеющихся в деле доказательств о том, что проведение ремонтных работ, в том числе капитальный ремонт здания, замена стен на металлоконструкции, установка каркасов и перегородок, установление нового оборудования, прокладка водоснабжения и канализации, замена оконных блоков с деревянных на пластиковые, внутренняя отделка помещений свидетельствует об улучшении первоначального объекта, а не о возникновении нового объекта.

Суд округа не согласился с таким выводом, поскольку при наличии значительных расхождений в данных конструктивных элементов (технических характеристик) спорного имущества у суда, не обладающего специальными познаниями, не имелось оснований для указанного вывода.

Учитывая, что указанные обстоятельства являются значимыми для правильного разрешения настоящего дела, суд кассационной инстанции счел обжалуемые судебные акты подлежащими отмене в части применения последствий недействительности сделки - договора купли-продажи нежилого помещения от 11.03.2012, а дело - направлению на новое рассмотрение, поскольку судами допущено неправильное установление круга обстоятельств, имеющих значение для рассматриваемого спора, связанного возвратом сторон в первоначальное положение, существовавшее на момент совершения недействительной сделки.

 

СПОРЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ИЗ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ.

 

Применение норм налогового законодательства.

В момент поступления денежных средств на счет, указанный в договоре купли-продажи, они являются налогооблагаемым доходом Общества, полученным от продажи собственного недвижимого имущества (А29-5285/2013).

Общество «О» обратилось с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы (далее - Инспекция, налоговый орган), в редакции решения Управления ФНС в части доначисления 512 429 рублей налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, пеней в сумме 77 936 рублей 47 копеек, штрафа в размере 20 498 рублей 36 копеек.

Решением Арбитражного суда Республики Коми заявленное требование удовлетворено.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда данное решение оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Инспекция обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой.

Инспекция, полагая, что суды неправильно применили статьи 346.15 и 346.17 Налогового кодекса Российской Федерации и сделали выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обратилась с кассационной жалобой. По мнению заявителя, при заключении договора купли-продажи у Общества возникло право на получение выручки за отчуждаемый объект недвижимости и, соответственно, право на распоряжение этой выручкой. Таким образом, в момент поступления спорных денежных средств на счет, указанный в договоре купли-продажи, они стали налогооблагаемым доходом Общества, полученным от продажи собственного недвижимого имущества.

По итогам рассмотрения постановлением от 08.08.2014 Арбитражный суд Волго-Вятского округа кассационная жалоба Инспекции удовлетворена, обжалуемые судебные акты отменены, в удовлетворении заявленных требований Обществу отказано.

По мнению суда кассационной инстанции, поступление спорных денежных средств на счет, указанный в договоре купли-продажи, свидетельствует о погашении ЗАО «Т» задолженности (оплаты) и, как следствие, получение Обществом дохода от продажи собственного недвижимого имущества.

При этом распоряжение ООО «О» денежными средствами, полученными от продажи собственного недвижимого имущества, без зачисления выручки на свой счет в банке не опровергает факт получения Обществом дохода (выручки).

Следовательно, в момент поступления спорных денежных средств на счет, указанный в договоре купли-продажи, они являются налогооблагаемым доходом Общества, полученным от продажи собственного недвижимого имущества.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2014 Обществу отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

 

Споры, связанные с применением законодательства о страховых взносах

Не подлежат обложению страховыми взносами суммы материальной помощи, оказываемой работодателем своим работникам, в пределах фактически выплаченных сумм и не превышающих 4000 руб. на одного работника за расчетный период (А29-7144/2013).

УПФ в отношении Министерства проведена выездная проверка правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (перечисления) страховых взносов на обязательное пенсионное и медицинское страхование, достоверности представленных индивидуальных сведений застрахованных лиц, за период с 01.01.2010 по 31.12.2012.

По итогам рассмотрения материалов выездной проверки заместителем начальника УПФ принято решение о привлечении Министерства к ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 47 Федерального закона от 24.07.2009 № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Фонд обязательного медицинского страхования Российской Федерации» (далее - Закон № 212-ФЗ), в виде штрафа в размере 29 180 рублей 96 копеек. Данным решением Министерству предложено уплатить указанную сумму штрафа, а также 145 904 рубля 79 копеек недоимки по страховым взносам и 22 832 рубля 17 копеек пеней.

Поскольку Министерство не уплатило пени и штраф, УПФ обратилось в арбитражный суд с заявлением.

Решением Арбитражного суда Республики Коми в удовлетворении заявленных требований отказано, при этом судом были сделаны следующие выводы:

1) выплаты государственным гражданским служащим Республики Коми компенсации расходов по оплате проезда к месту использования отпуска в пределах территории Российской Федерации и обратно являются компенсационными, установлены в целях возмещения государственным гражданским служащим затрат, следовательно, в силу пункта 2 части 1 статьи 9 Закона № 212-ФЗ не являются объектом обложения страховыми взносами;

2) выплаты материальной помощи в связи со смертью родственников носили социальный характер, не зависели от квалификации работников, сложности и качества выполняемой ими работы, не являлись стимулирующими, то есть не связаны с оплатой труда работников, следовательно, в силу подпункта «б» пункта 3 части 1 статьи 9 Закона № 212-ФЗ обложению страховыми взносами не подлежат.

Суд апелляционной инстанции согласился с данными выводами суда первой инстанции, вместе с тем решение суда изменил исходя из следующего.

В ходе выездной проверки УПФ установлено, материалами дела подтверждается, и Министерством не опровергнуто, что им выплачена материальная помощь Л.П.В. в сумме 3 783 рублей, С.С.А. в сумме 3 289 рублей, Л.В.А. в сумме 3 289 рублей и П.Н.П. в сумме 3 289 рублей.

В силу пункта 11 части 1 статьи 9 Закона № 212-ФЗ не подлежат обложению страховыми взносами суммы материальной помощи, оказываемой работодателями свои работникам, не превышающие 4 000 рублей на одного работника за расчетный период.

Следовательно, не подлежит обложению сумма выплаченной материальной помощи, размер необлагаемой страховыми взносами суммы не должен превышать 4 000 рублей.

В данном случае Министерством исключено из объекта обложения страховыми взносами по 4 000 рублей в отношении каждого из указанных работников, а сумма материальной помощи, фактически выплаченная работникам, составила размер до 4 000 рублей.

Таким образом, УПФ правильно установлено, что Министерством допущено занижение базы для обложения страховыми взносами в июле 2011 года по Л.П.В. на сумму 217 рублей, в декабре 2011 года по С.С.А. на сумму 711 рублей, в июне 2012 года по Л.В.А. на сумму 711 рублей и в июле 2012 года по П.Н.П. на сумму 711 рублей.

Поскольку указанные суммы исключены Министерством из облагаемых страховыми взносами при отсутствии правовых оснований, требования УПФ в части данного эпизода о взыскании с Министерства 52 рублей 84 копеек пеней и 134 рублей 82 копеек штрафа следовало удовлетворить.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа поста-новление Второго арбитражного апелляционного суда оставлено без изменения.

Выплаты физическим лицам, не состоящим в штате Общества и выполняющим работы (оказывающим услуги) в рамках гражданско-правовых договоров, не подлежат обложению страховыми взносами на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, поскольку в базу по страховым взносам подлежат включению лишь выплаты и вознаграждения, начисляемые плательщиками страховых взносов в пользу физических лиц в рамках трудовых отношений на основании трудовых договоров (А29-271/2014).

ООО «П» обратилось с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к Государственному учреждению - региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (далее - Учреждение, Фонд) о признании частично недействительным решения.

Решением Арбитражного суда Республики Коми требования Общества удовлетворены частично: решение Фонда признано недействительным в части привлечения к ответственности за неполную уплату страховых взносов в виде штрафа в размере 1 241,57 руб., начисления пеней в размере 45,37 руб., начисления страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в размере 6207,87 руб. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

При этом суд первой инстанции указал, что страхователь обоснованно компенсировал своим работникам, проводившим отпуск за пределами Российской Федерации, расходы по оплате стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно в пределах Российской Федерации, не облагая указанные компенсации страховыми взносами.

Частично отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в заключенных в 2012 Обществом с физическими лицами договорах на оказание услуг имеются признаки трудовых отношений, так как в обязанности исполнителей входило осуществление определенного вида деятельности (работы), соответствующей той или иной должности, указанной в штатном расписании.

ООО «П» с принятым решением суда в части отказа в удовлетворении его требований не согласилось и обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В постановлении от 22.08.2014 апелляционный суд приходит к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно признал, что большая часть договоров оказания услуг, заключенные между Обществом и физическими лицами, имеют признаки срочных трудовых договоров, что подтверждается:

- личным участием работника в трудовом процессе с выполнением работы по определенной должности,

- подчинением лица, выполняющего трудовые функции внутреннему трудовому распорядку,

- получением гарантии социальной защищенности.

Соответственно, следует признать обоснованной позицию Фонда в отношении указанных договоров о том, что выплаты и вознаграждения, произведенные физическим лицам по данным договорам, Обществу следовало включать в базу при расчете страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.

Довод заявителя жалобы о том, что указанные договоры, заключенные между Обществом (заказчик) и физическими лицами (исполнители, подрядчики), не соответствуют установленному трудовым законодательством понятию трудового договора (например, в них не оговорено подчинение работника правилам внутреннего трудового договора), признается апелляционным судом противоречащим фактическим обстоятельствам дела, поскольку Общество само совершало действия, свидетельствующие о наличии с исполнителями по договорам именно трудовых отношений, таких, например, как учет рабочего времени исполнителей.

При оценке довода Общества о том, что в некоторых договорах указаны виды работ, не соответствующие технологическому процессу производства фанеры, суд апелляционной инстанции дополнительно исследовал приложение № 4 к акту проверки от 04.10.2013 № 22, представленные копии некоторых договоров оказания услуг, актов к ним и установил следующее.

По большинству перечисленных в данном приложении № 4 договоров суд первой инстанции обоснованно указал, что выполняемые по ним работы произведены физическими лицами-работниками Предприятия по выполняемой ими должности, специальности в рамках производственного процесса по изготовлению фанеры.

Но в приложение № 4 включены договоры на оказание услуг, из которых усматривается следующее:

- имеются 8 договоров с Ш.А.М. на осмотр вагонов для отправки по международным перевозкам.

Из указанных договоров, актов приемки работ и имеющихся в материалах дела доказательств не усматривается, что Ш.А.М. является сотрудником Общества, штатным расписанием наличие должности осмотрщика вагонов не предусмотрено, работы по осмотру вагонов носят периодический характер, поэтому их нельзя отнести к выполнению таких работ на постоянной основе.

- имеется договор с Б.Т.В. за ноябрь по оказанию услуг по организации и проведению праздничного вечера. Судом апелляционной инстанции из имеющихся в материалах дела документов установлено, что Б.Т.В. является руководителем службы по управлению персоналом. Однако выполненная ею работа носила разовый характер и не относится к производственному процессу, поэтому данный договор не признается судом апелляционной инстанции как трудовой.

- в приложении N 4 также указаны несколько договоров на выполнение планировочных работ на полигоне промышленных отходов.

При изучении документов по данным лицам судом апелляционной инстанции установлено, что доказательств того, что указанные лица являются сотрудниками Общества, Фондом в материалы дела не представлено, в штатном расписании должностей, соответствующих выполняемой работе, не установлено.

- также по договорам с 10 физическими лицами, заключенным в период с июня по август, усматривается, что данные договоры заключены для организации досуга детей на детской оздоровительной площадке, также не имеют отношения к производственному процессу изготовления фанеры.

Суд апелляционной инстанции считает, что Фондом не доказано, что данные физические лица являются сотрудниками Общества, участвуют в производственном процессе Предприятия, из договоров видно, что работа ими выполнялась не на постоянной основе. Копии договоров в материалах дела отсутствуют, других доказательств, свидетельствующих о том, что данные лица имеют отношение к Обществу, также в материалах дела нет.

По 4 договорам, также заключенным в спорный период с физическими лицами, суд апелляционной инстанции считает, что Фондом не доказано, что указанные лица являются штатными работниками Общества, работы, выполненные по указанным договорам, имеют разовый характер.

При оценке всех вышеперечисленных договоров суд апелляционной инстанции исходит из положений статей 65, 200 АПК РФ, которые возлагают обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения на соответствующий орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

С учетом изложенного Второй арбитражный апелляционный суд считает жалобу Общества в указанной части подлежащей удовлетворению, а решение суда первой инстанции признает принятым при несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, что в силу положений пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ является основанием для отмены решения Арбитражного суда Республики Коми в указанной части.

 

Суммы произведенных работнику выплат, которые по результатам проверки правильности расходования средств на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, Фондом не приняты к зачету, подлежат обложению страховыми взносами в порядке, предусмотренном Законом № 212-ФЗ и Законом № 125-ФЗ, поскольку при вынесении Фондом решения о непринятии к зачету расходов на выплату страхового обеспечения необоснованно выплаченные суммы утрачивают статус выплат по страховому обеспечению по обязательному социальному страхованию и представляют собой выплаты работникам Общества, произведенных по трудовым договорам (А29-5914/2013).

ОАО «К» (Общество) обратилось с заявлением о признании недействительными решений Государственного учреждения - региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (далее - Фонд социального страхования, Фонд) от 01.07.2013 № 47 о непринятии к зачету расходов на выплату страхового обеспечения страхователя по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, от 01.07.2013 № 43 о привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации о страховых взносах, от 01.07.2013 № 111 о привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за исключением доначислений, связанных с неправомерным расходованием средств социального страхования по выплате пособия Л.

Решением Арбитражного суда Республики Коми заявленные требования ОАО «К» удовлетворены частично. Суд признал недействительными решения Фонда социального страхования № 43 от 01.07.2013 о привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации о страховых взносах и № 111 от 01.07.2013 о привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за исключением доначислений, связанных с неправомерным расходованием средств социального страхования по выплате пособия Л. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Фонд социального страхования не согласился с решением суда в части признания недействительными решений от 01.07.2013 № 43 и № 111, и обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в оспариваемой части по основаниям, указанным в жалобе.

ОАО «К» также не согласилось с принятым решением суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований, и обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в оспариваемой части по основаниям, указанным в жалобе.

Арбитражный суд Республики Коми, признавая недействительными решения Фонда от 01.07.2013 № 43 и № 111 пришел к выводу, что непринятые Фондом к зачету расходы на выплату страхового обеспечения в счет уплаты страховых взносов на обязательное социальное страхование, не подлежат обложению страховыми взносами на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, а также страховыми взносами от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В апелляционной жалобе Фонд социального страхования указывает, что отказ в принятии к зачету расходов по выплате страхового обеспечения меняет правовую природу выплаченных пособий, после такого отказа произведенные расходы Общества невозможно признать государственными пособиями, не подлежащими обложению страховыми взносами.

Отменяя в указанной части решение суда первой инстанции в постановлении от 14.07.2014 Второй арбитражный апелляционный суд указал следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, что Обществом при исчислении размеров ежемесячного пособия неправомерно включены ежемесячные премии не входящие в расчетный период. В связи с чем, Фондом социального страхования обоснованно отказано страхователю в принятии к зачету по указанному основанию расходов в сумме 23 486 рублей 85 копеек.

Материалы дела не содержат доказательств возмещения Обществом Фонду указанных расходов и возврата данных средств страхователю его работниками.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что суммы пособий на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, выплаченные страхователями застрахованным лицам с нарушением требований законодательных или иных нормативных правовых актов, не являются выплатами по страховому обеспечению по обязательному социальному страхованию, которые в силу статьи 9 Закона № 212-ФЗ и статьи 20.2 Закона № 125-ФЗ относятся к суммам, не подлежащим обложению страховыми взносами.

Соответственно, суммы произведенных работнику выплат, которые по результатам проверки правильности расходования средств на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, Фондом не приняты к зачету, подлежат обложению страховыми взносами в порядке, предусмотренном Законом № 212-ФЗ и Законом № 125-ФЗ, поскольку при вынесении Фондом решения о непринятии к зачету расходов на выплату страхового обеспечения необоснованно выплаченные суммы утрачивают статус выплат по страховому обеспечению по обязательному социальному страхованию и представляют собой выплаты работникам Общества, произведенных по трудовым договорам.

Поскольку такие необоснованные действия страхователя влекут за собой отсутствие в бюджете своевременно уплаченных страховых взносов, Обществу правомерно начислены пени, которые он должен выплатить в случае уплаты причитающихся сумм страховых взносов в более поздние по сравнению с установленными законодательством сроки.

Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 47 Закона № 212-ФЗ неуплата или неполная уплата сумм страховых взносов в результате занижения базы для начисления страховых взносов, иного неправильного исчисления страховых взносов или других неправомерных действий (бездействия) плательщиков страховых взносов влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов неуплаченной суммы страховых взносов.

Согласно пункта 1 статьи 19 Закона № 125-ФЗ неуплата или неполная уплата сумм страховых взносов в результате занижения облагаемой базы для начисления страховых взносов, иного неправильного исчисления сумм страховых взносов или других неправомерных действий (бездействия) влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов причитающейся к уплате суммы страховых взносов, а умышленное совершение указанных деяний - в размере 40 процентов причитающейся к уплате суммы страховых взносов.

Таким образом, апелляционный суд считает, что Обществу обоснованно были начислены пени, а также штрафные санкции за неполную уплату страховых взносов в результате неправомерных действий страхователя, выразившихся в неправильном расчете среднего заработка, что привело к неправильно исчисленной сумме пособия, причитающегося застрахованным лицам.

 

Дела, связанные с применением законодательства об административных правонарушениях.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет, в том числе, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, чего судом сделано не было (№ А29-2089/2014).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из доказанности материалами дела состава вменяемого Обществу административного правонарушения, отсутствия существенных нарушений процессуальных требований со стороны Инспекции при производстве по административному делу, а также отсутствия оснований для квалификации совершенного Обществом административного правонарушения в качестве малозначительного.

Однако, как следует из текста решения, вопрос о сроке давности привлечения Общества к административной ответственности арбитражным судом, в нарушение положений части 6 статьи 210 АП КРФ, не выяснялся.

В ходе повторного рассмотрения дела апелляционным судом было установлено, что на момент вынесения ответчиком оспариваемого постановления истек установленный статьей 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения Общества к административной ответственности по части 1 статьи 15.1 КоАП РФ в силу следующего.

Основанием для привлечения Общества к административной ответственности послужило нарушение заявителем порядка работы с денежной наличностью и порядка ведения кассовых операций, а именно: несколько случаев превышения предельного размера расчетов наличными денежными средствами в рамках одного договора.

Объективная сторона вменяемого Обществу правонарушения образована действиями, имевшими место в конкретные моменты времени. Вывод о наличии перечисленных нарушений сделан на основании анализа приходно-кассовых ордеров. Составленный по результатам проверки акт не содержит сведений о продолжении правонарушения в момент проведения налоговым органом проверки.

Таким образом, рассматриваемое правонарушение не заключается в длительном неисполнении Обществом обязанности, то есть не является длящимся, а значит, моментом совершения административного правонарушения в данном случае является день первого превышения предельного размера расчетов в рамках одного договора, и дата последнего внесения оплаты – 24.12.2013.

В связи с этим вменяемое Обществу правонарушение считается оконченным 24.12.2013.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что предусмотренный статьей 4.5 КоАП РФ двухмесячный срок давности привлечения заявителя к административной ответственности по части 1 статьи 15.1 КоАП РФ на момент вынесения постановления (12.03.2014) истек.

Таким образом, вывод арбитражного суда первой инстанции о законности оспариваемого постановления является ошибочным, основанным на неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, что в силу положений пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ, влечет отмену обжалуемого решения.

Недоказанность состава вмененного правонарушения, в том числе такого его элемента, как субъект правонарушения, исключает производство по делу об административном правонарушении в силу пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ (А29-231/2014).

Администрация обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании незаконным и об отмене постановления Управления Роспотребнадзора, в соответствии с которым Администрация привлечена к ответственности на основании части 2 статьи 8.42 КоАП РФ в виде штрафа в размере 300 000 рублей.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Сыктывкарский межрайонный природоохранный прокурор.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявленного требования отказано.

Между тем арбитражный апелляционный суд данное решение отменил на основании нижеследующего.

Объективной стороной правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.42 КоАП РФ, является использование зоны санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового назначения с нарушением установленных ограничений. Диспозиция рассматриваемой нормы определяет объективную сторону правонарушения посредством «использования» зоны санитарной охраны источников водоснабжения. Следовательно, субъектом правонарушения может быть только лицо, использующее соответствующие зоны санитарной охраны.

Как следует из материалов дела, все поименованные в оспариваемом постановлении скважины, в содержании которых имеются указанные в акте обследования недостатки, принадлежат на праве собственности муниципальному образованию городского округа.

Вместе с тем согласно статье 294 ГК РФ государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 299 ГК РФ право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.

На основании договора спорные скважины закреплены на праве хозяйственного ведения за МУП. Факт передачи муниципального имущества и принятия бремени его содержания предприятием подтверждается актом приема-передачи.

Таким образом, фактическим владельцем и пользователем спорных скважин является МУП.

Более того, из акта обследования следует, что соответствующие нарушения допускаются при использовании зон санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения именно предприятием.

При таких обстоятельствах, учитывая содержание оспариваемого постановления и объем выявленных нарушений, а также объективную сторону вмененного нарушения, выражающуюся в использовании зоны санитарной охраны с нарушением ограничений, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности Управлением Роспотребнадзора того обстоятельства, что надлежащим субъектом ответственности за такие нарушения как невыполнение мероприятий по организации и содержанию зон санитарной охраны, определение режима, отсутствие ограждения и ненормативное выполнение такого ограждения первого пояса зоны санитарной охраны строгого режима источников водоснабжения у отдельных скважин, а также отсутствие твердого покрытия дорожек к сооружениям на территории первого пояса зоны санитарной охраны является именно Администрация.

Кроме того, исходя из названия статьи 8.42 КоАП РФ специальный режим использования зон санитарной охраны, нарушение которого образует объективную сторону данного административного правонарушения, устанавливается только в отношении хозяйственной и иной деятельности на территории зоны санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения. Однако, как было установлено выше, Администрация не осуществляет хозяйственной или иной деятельности на указанных скважинах; фактическим пользователем спорных объектов является МУП.

Таким образом, нельзя признать, что на Администрацию может быть возложена предусмотренная частью 2 статьи 8.42 КоАП РФ ответственность.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа постановление Второго арбитражного апелляционного суда оставлено без изменения, кассационная жалобу Управления Роспотребнадзора – без удовлетворения.

Размещение наименования (коммерческого обозначения) организации в месте её нахождения, а также иной информации для потребителей непосредственно в месте реализации товара, оказания услуг, в частности информации о реализуемом товаре, не следует рассматривать в качестве рекламы, поскольку размещение такой информации в указанном месте не преследует целей, связанных с рекламой (А29-2249/2014).

Согласившись с доводами прокурора о том, что спорная конструкция содержит информацию, направленную на привлечение внимания неопределенного круга лиц к продавцу товара (услуги) и к реализуемому им товару (услуге), в связи с чем является рекламной, суд первой инстанции признал доказанным материалами дела наличие в деянии Предпринимателя всех элементов состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.37 КоАП РФ, и, не усмотрев существенных процессуальных нарушений при производстве по делу об административном правонарушении, привлек Предпринимателя к административной ответственности, назначив ей наказание в виде административного штрафа в размере 3 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции данное решение отменил, указав при этом, что имеющимися в деле доказательствами не подтверждается наличие в действиях Предпринимателя объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.37 КоАП РФ, конструкция, размещенная Предпринимателем на фасаде здания, в котором он осуществляет свою деятельность, является вывеской и не может быть признана рекламной.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан довести до сведения потребителя фирменное наименование (наименование) своей организации, место ее нахождения (адрес) и режим работы. Продавец (исполнитель) размещает указанную информацию на вывеске.

Назначение информации такого характера состоит в извещении неопределенного круга лиц о фактическом местонахождении юридического лица.

При этом, в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О рекламе» разъяснено, что при применении пункта 1 статьи 3 Закона № 38-ФЗ судам следует исходить из того, что не может быть квалифицирована в качестве рекламы информация, которая хотя и отвечает перечисленным критериям, однако обязательна к размещению в силу закона или размещается в силу обычая делового оборота.

Материалами дела подтверждается, что Предприниматель осуществляет розничную торговлю одеждой, а в принадлежащей ей швейной мастерской производит пошив одежды, штор и иных текстильных изделий.

Спорная информация, что подтверждается приложенной к материалам дела фотографией, размещена непосредственно на фасаде здания, на втором этаже которого находятся магазин и швейная мастерская ответчика. Содержащаяся в ней информация представляет собой перечисление товаров и изделий, производимых и реализуемых Предпринимателем, в целях доведения до потребителей сведений о деятельности Предпринимателя, а изображенный на ней указатель (стрелка) призван известить о месте расположения магазина и швейной мастерской в двухэтажном здании. При этом нет оснований утверждать, что размещенная на спорной конструкции информация направлена на привлечение внимания к реализуемому Предпринимателем товару или оказываемой услуге и способствует их продвижению на рынке. Сведения об условиях приобретения товара или его использования, о свойствах товара и его превосходстве с целью привлечения внимания к нему в размещенной информации отсутствуют.

Поскольку события правонарушения в апелляционной инстанции были установлены, суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции в части возврата алкогольной продукции Предпринимателю, и принял в указанной части новый судебный акт (А29-1697/2014).

Отдел МВД обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о привлечении Предпринимателя к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Решением Арбитражного суда Республики Коми в удовлетворении заявленного требования отказано в связи с недоказанностью состава вменяемого Предпринимателю административно правонарушения, а также в связи с истечением на момент вынесения решения установленного статьей 4.5 КоАП РФ срока давности привлечения ответчика к административной ответственности. Алкогольную продукцию, поименованную в протоколе изъятия вещей и документов, предписано возвратить Предпринимателю.

При этом, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявитель не представил достаточных и надлежащих документальных доказательств передачи (продажи) покупателю спорной алкогольной продукции, а также доказательств предложения Предпринимателем спорной алкогольной продукции к продаже, то есть размещение её на витрине магазина с соответствующим ценником, в связи с чем указал на отсутствие доказательств ведения предпринимательской деятельности, и, следовательно, на отсутствие события вменяемого ответчику административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Между тем суд апелляционной инстанции установил, что факт продажи Предпринимателем алкогольной продукции без специального разрешения (лицензии), подтвержден материалами дела, в частности:

- согласно объяснительной покупателя, по его просьбе ему была реализована алкогольная продукция, а именно водка «Хлеб да Соль» в количестве 1 бутылки объемом 0,5 литра);

- объяснительной Предпринимателя, согласно которой факт продажи алкогольной продукции в магазине, в котором она осуществляет предпринимательскую деятельность, она не отрицает, более того, указывает на реализацию алкогольной продукции по просьбе покупателей;

-протоколом об административном правонарушении, где Предприниматель указала, что согласна с вменяемым ей в вину нарушением;

- рапортом.

Указанных доказательств, по мнению апелляционного суда, достаточно для установления в рассматриваемом случае в деянии ответчика события административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Таким образом, принимая во внимание совокупность представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии в деянии ответчика события и состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Ошибочный вывод суда первой инстанции об отсутствии события вменяемого Предпринимателю административного правонарушения в целом не привел к принятию неправильного решения, поскольку, учитывая факт выявления правонарушения 13.01.2014, на момент вынесения обжалуемого решения и, соответственно, на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, истек установленный статьей 4.5 КоАП РФ трехмесячный срок давности привлечения Предпринимателя к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ, что в силу положений пункта 5 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ является самостоятельным обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Вместе с тем, выводы арбитражного суда первой инстанции о необходимости возврата изъятой у Предпринимателя алкогольной продукции, при установлении события правонарушения в апелляционной инстанции, являются неправомерными, несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем решение арбитражного суда в данной части Второй арбитражный апелляционный суд отменил на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ.

 

Поскольку в материалах дела отсутствуют достоверные доказа-тельства, однозначно подтверждающие, что Общество осуществляло добычу общераспространенных полезных ископаемых (песчаника) в недействующем карьере, то выводы суда первой инстанции о наличии в деянии Общества состава административного правонарушения по части 1 статьи 7.3 КоАП РФ не соответствуют обстоятельствам дела (А29-7275/2013).

Общество «СК» обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением к комитету по охране окружающей среды Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды (далее - ответчик, административный орган, Комитет) о признании незаконным и отмене постановления по делу об административном правонарушении, которым Общество привлечено к административной ответственности по части 1 статьи 7.3 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 800000 рублей.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 04.04.2014 в удовлетворении заявленных требований отказано. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из доказанности вмененного Обществу состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 7.3 КоАП РФ.

Общество «СК» с принятым решением суда не согласилось, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 07.07.2014 решение суда первой инстанции отменено, апелляционная жалоба Общества удовлетворена, постановление административного органа признано незаконным и отменено.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела документы, апелляционный суд посчитал, что в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства, однозначно подтверждающие, что Общество «СК» осуществляло добычу общераспространенных полезных ископаемых (песчаника) в недействующем карьере.

Следовательно, выводы суда первой инстанции о наличии в деянии Общества состава административного правонарушения по части 1 статьи 7.3 КоАП РФ, не соответствуют обстоятельствам дела, что в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены решения суда с принятием нового судебного акта об удовлетворении требований заявителя.

 

Применение закона о конкуренции.

Нарушением антимонопольного законодательства являются не любые действия хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на товарном рынке, а только те, которые направлены на сохранение или укрепление своего положения на соответствующем товарном рынке с использованием запрещенных методов, наносящих ущерб конкурентам и (или) иным лицам (А29-9325/2013).

Общество обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительным решения УФАС по делу о нарушении антимонопольного законодательства, в соответствии с которым Общество было признано нарушившим часть 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции).

Решением суда в удовлетворении заявленных требований было отказано. Суд первой инстанции согласился с выводами антимонопольного органа о нарушении Обществом части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, указав, что в данном случае угроза ущемления Обществом интересов потребителя выражается в том, что предъявление к оплате объемов электроэнергии сверх потребленной могло привести к ущемлению финансовых интересов потребителя, поскольку ему необходимо было бы оплатить сумму, значительно превышающую ту, которая подлежала бы оплате в случае предъявления реальных объемов потребления.

Между тем, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что ответчиком в данном деле не доказано злоупотребление Обществом своим доминирующим положением в целях создания потребителю неприемлемых условий реализации его прав, неразумных ограничений.

Выставление Обществом потребителю к оплате завышенного объема потребленной электроэнергии за один месяц было допущено вследствие ошибки конкретного работника Общества, при этом данная ошибка была исправлена, Общество произвело корректировку данных об объемах потребленной электроэнергии и сделало перерасчет.

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что квалификация действий лица как нарушающих запрет, предусмотренный Законом о защите конкуренции, в частности частью 1 статьи 10 данного Закона, предполагает доказанность того, что такое поведение обусловлено именно злоупотреблением хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением, результатом которого являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, то есть деянию лица присуща антиконкурентная направленность, подпадающая под объект регулирования Закона о защите конкуренции и требующая принятия мер антимонопольного контроля.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами Второго арбитражного апелляционного суда о том, что УФАС не доказало злоупотребление Обществом своим доминирующим положением в результате совершения рассмотренных действий; вышеуказанные действия, совершенные Обществом, занимающим доминирующее положение на рынке услуг по реализации электрической энергии, нельзя признать ущемляющими права потребителя в смысле, придаваемом Законом о защите конкуренции; действия Общества не содержат признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Судом исковые требования были удовлетворены частично, поскольку в расчете неустойки была выявлена ошибка, при этом понесенные истцом судебные расходы подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям (А29-7352/2014).

Транспортная компания (истец) обратилась с иском, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к Обществу (ответчик) о взыскании 26 488 руб. 05 коп. неустойки по договору на оказание автотранспортных услуг за период с 28.10.2013 по 31.12.2013, 11626 руб. 97 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2014 по 23.04.2014, 2000 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, 200 руб. в возмещение расходов, связанных с получением выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ответчика.

Исковые требования основаны на условиях договора на оказание автотранспортных услуг, положениях статей 330, 395 ГК РФ и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате услуг.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства.

Решением суда от 10.11.2014 исковые требования Транспортной компании удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскано 25751 руб. 73 коп. неустойки по договору, 11626 руб. 97 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 200 руб. судебных расходов за получение выписки из Единого государственного реестра юридических лиц и 2000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Ответчик, не согласившись с принятым по делу решением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции в части взыскания судебных расходов изменить, принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя жалобы, при взыскании с ответчика расходов по оплате государственной пошлины, а также расходов, связанных с получением истцом выписки из единого государственного реестра юридических лиц в отношении ответчика, судом не учтен принцип пропорции, подлежащий применению в случае частичного удовлетворения иска.

Согласно пункту 3 абзаца 11 Постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с получением им выписки из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, относятся к судебным издержкам (статья 106 АПК РФ) и подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101 и 110 АПК РФ).

Порядок распределения судебных расходов между лицами, участвующими в деле, определен в статье 110 АПК РФ, в силу абзаца 2 части 1 которой, в случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Принимая во внимание, что иск удовлетворен частично, руководствуясь положениями абзаца 2 части 1 статьи 110 АПК РФ, суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы ответчика о том, что понесенные истцом судебные расходы подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 22.12.2014 решение суда первой инстанции в обжалуемой части изменено.

 

 

СУДЕБНЫЕ АКТЫ, ОТМЕНЕННЫЕ, В СВЯЗИ

С НАРУШЕНИЕМ НОРМ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА

Ненадлежащее извещение участвующих в деле лиц

  1. В нарушение положений части 3 статьи 317 АПК РФ при отсутствии лица, участвующего в деле, и наличии ходатайства об отложении судебного заседания, суд повторно рассмотрел дело после вынесения определения об отмене судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам непосредственно в том же судебном заседании. (А29-617/2012)

    Апелляционный суд установил, что на момент рассмотрения дела после отмены судебного акта об установлении процентов по вознаграждению временного управляющего по вновь открывшимся обстоятельствам, имелось письменное ходатайство арбитражного управляющего, не участвовавшего в судебном заседании, об отложении судебного заседания для подготовки мотивированного отзыва. Таким образом, спорный вопрос не мог быть разрешен непосредственно в том же судебном заседании, в котором был решен вопрос об отмене судебного акта.

  2. В определении о назначении судебного заседания по рассмотрению заявления о взыскании судебных расходов была допущена опечатка в дате заседания – вместо 2014 был указан 2017 год. Определение об исправлении опечатки было вынесено после рассмотрения судом данного заявления. Таким образом, не присутствовавший в судебном заседании истец не может считаться надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания. (А29-972/2013)

  3. Судебные извещения по делу в адрес ответчика направлялись по адресу согласно выписке из ЕГРЮЛ, приложенной к исковому заявлению. Указанные извещения возвращены в суд с отметкой об истечении срока хранения. Судом апелляционной инстанции установлено, что юридический адрес ответчика был изменен 06.02.2014 после принятия искового заявления к рассмотрению (31.01.2014). (А29-429/2014)

 

Принято решение о правах и обязанностях лица,

не привлеченного к участию в деле

1) Судебное решение по требованию о предоставлении права прохода через нежилые помещения ответчика путем установления сервитута было отменено судом апелляционной инстанции. Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним право собственности ответчика на спорное помещение обременено арендой. Вместе с тем, суд первой инстанции не привлек арендатора к участию в деле в качестве третьего лица. (А29-7817/2013)

2) Определением утверждено мировое соглашение и прекращено производство по делу об отмене постановления о предоставлении земельного участка в собственность и о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка. (А29-2519/2012)

Суд кассационной инстанции отменил определение, дело направил на новое рассмотрение, поскольку мировое соглашение нарушает права и законные интересы собственника смежного земельного участка. Согласно заключению кадастрового инженера точки координат земельного участка, утвержденного мировым соглашением, выходят за границы земельного участка, являющегося предметом спора, и налегают на принадлежащий ему земельный участок.

 

Нарушение оснований прекращения производства по делу

Как следует из аудиозаписи протокола судебного заседания, отказ от иска заявлен с целью приведения документов в соответствие с действующим законодательством для повторного обращения в суд с исковым заявлением. Причина отказа от иска свидетельствует о незнании представителем истца правовых последствий данного процессуального действия. В то же время суд первой инстанции не разъяснил представителю правовые последствия принятия судом отказа от иска и прекращения в связи с этим производства по делу, предусмотренные частью 3 статьи 151 АПК РФ. (А29-3138/2014)

 

По вопросам, связанным с распределением судебных расходов

1) Суд отказал во взыскании судебных расходов (командировочных и транспортных) ответчику, мотивировав тем, что спор в пользу какой-либо стороны судом не разрешался (производство по делу было прекращено, в связи с отказом от иска). По мнению суда апелляционной инстанции, в связи с тем, что отказ от иска не был связан с признанием или добровольным удовлетворением его требований, судебные расходы ответчика подлежали взысканию с истца в силу необоснованного вовлечения заявителя в судебный процесс. (А29-4599/2013)

2) Иск о расторжении государственного контракта и взыскании неустойки был удовлетворен в полном объеме. Апелляционный суд, рассмотрев жалобу ответчика, изменил судебное решение, в части взыскания неустойки в иске отказал, в остальной части – оставил судебный акт без изменения. В кассационной инстанции постановление апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Ответчик обратился с заявлением о взыскании с истца судебных расходов, понесенных им при рассмотрении дела в апелляционной и кассационной инстанциях, которое было удовлетворено частично.

Суд апелляционной инстанции посчитал неправильным частичное удовлетворение требований ответчика о взыскании судебных расходов, так как постановление суда апелляционной инстанции по существу спора не могло рассматриваться в качестве судебного акта, принятого в какой-либо части в пользу истца. Так, при рассмотрении дела по существу в суде апелляционной инстанции ответчик согласился с расторжением государственного контракта, на что прямо было указано в тексте постановления. При этом доводы истца и выводы суда первой инстанции о расторжении контракта были полностью опровергнуты апелляционным судом, пришедшим к выводу об отсутствии у ответчика возможности выполнить работы по контракту по вине истца. (А29-706/2013)

3) Исковые требования были удовлетворены частично, поскольку суд выявил ошибку в расчете неустойки. Апелляционная инстанция изменила определение суда о взыскании судебных расходов в полном объеме с ответчика, поскольку в силу положений статьи ст.110 АПК РФ понесенные сторонами судебные расходы подлежат возмещению пропорционально удовлетворенным требованиям. (А29-7352/2014)

 

Нарушение правил статьи 148 АПК РФ

Суд первой инстанции исковые требования о расторжении договора рассмотрел по существу. Апелляционная инстанция оставила исковое заявления без рассмотрения, не приняв в качестве надлежащего доказательства соблюдения досудебного порядка урегулирования данного спора, предусмотренного пунктом 2 статьи 452 ГК РФ, письмо истца в адрес ответчика, содержащего ссылку на иной договор. (А29-9279/2013)

 

Несоответствие текста объявленной в судебном заседании резолютивной части решения тексту решения, изготовленного в полном объеме

Резолютивная часть решения по иску об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора купли-продажи земельного участка была вынесена 11.09.2014, мотивированное решение изготовлено 18.09.2014. Определением от 18.09.2014 суд также исправил описку, допущенную при изготовлении резолютивной части решения от 11.09.2014, ссылаясь на то, что, удовлетворив требования истца, суд ошибочно изложил в резолютивной части несколько спорных пунктов договора в редакции ответчика.

Истец обратился с апелляционными жалобами на решение суда и на определение об исправлении описки. В обоснование жалоб истец указал, что суд первой инстанции после вынесения резолютивной части решения в судебном заседании изготовил мотивированное решение по своему содержанию противоположное объявленному в судебном заседании в отношении двух пунктов спорного договора. Данный фат подтверждается аудиозаписью судебного заседания и является изменением содержания первоначально объявленного решения, а не опиской.

Суд апелляционной инстанции с доводами истца согласился, определение об описке и судебное решение отменил, указав, что изготовленное в полном объеме решение суда вынесено с нарушением пункта 5 части 4 статьи 270 АПК РФ (неподписание судьей судебного решения как безусловное основание его отмены). (А29-3720/2014)

 

Отсутствие оснований для возвращения заявления (ходатайства)

1) Заявление об установлении требований и включении в реестр требований кредиторов возвращено в связи с непредставлением доказательств оплаты расходов на уведомление иных кредиторов, хотя последнее поступило в суд в указанный срок посредством системы «Мой арбитр». (А29-4092/2013)

2) Определением от 18.09.2014 заявление о приостановлении действия обжалуемого заявителем предписания Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Коми было оставлено без движения, установлен срок для предоставления доказательств оплаты государственной пошлины за обращение в суд с указанными обеспечительными мерами. Определением от 25.09.2014 заявление было возвращено, в связи с непредставлением суду таких доказательств; при его вынесении суд исходил из положений части 6 статьи 92, части 2 статьи 93, статьи 128 АПК РФ, подпункта 9 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ и рекомендаций, отраженных в Информационном письме ВАС РФ от 13.08.2004 № 83 «О некоторых вопросах, связанных с применением части 3 статьи 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации». Из пункта 1 данного Информационного письма следует, что в главе 24 АПК РФ не установлены особенности рассмотрения ходатайств о приостановлении действия ненормативного правового акта, решения, в связи с чем в указанном случае необходимо учитывать соответствующие положения главы 8 Кодекса, в том числе об основаниях обеспечительных мер и о порядке рассмотрения заявления об обеспечении иска.

Апелляционная инстанция определение от 25.09.2014 отменила, сославшись на пункт 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в котором разъяснено, что действующее законодательство не предусматривает обязанности по уплате государственной пошлины при подаче ходатайств о приостановлении исполнения решения государственного органа, органа местного самоуправления, иного органа, должностного лица (часть 3 статьи 199 АПК РФ), ходатайств о приостановлении исполнения оспариваемого решения административного органа о привлечении к административной ответственности (часть 3 статьи 208 АПК РФ), ходатайств о приостановлении исполнения обжалуемого судебного акта (статьи 265.1, 283, 298 АПК РФ), заявлений о приостановлении исполнительного производства (статья 39 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». (А29-7467/2014)

 

Вопросы подведомственности

Уставная деятельность Учреждения имеет экономическое содер-жание, поэтому споры, возникающие из этих отношений, а также споры, связанные с реорганизацией указанного Учреждения, относятся к спорам, связанным с экономической деятельностью юридических лиц (А29-9733/2013)

Предприниматель обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением к Правительству Республики Коми (далее – Правительство РК), Комитету по обеспечению мероприятий гражданской защиты Республики Коми (далее - Комитет) и Государственному казенному учреждению Республики Коми «Профессиональная аварийно-спасательная служба» (далее – ГКУ «ПАСС») о признании недействительным Приказа Комитета «О реорганизации ГКУ «ПАСС»».

Как следует из материалов дела, пунктом 1 обжалуемого Приказа определено реорганизовать ГКУ РК «ПАСС» в форме присоединения к нему ГУ РК «УФБ РК», а пунктами 2-3 определены организационные мероприятия, связанные с проведением реорганизации.

Прекращая производство по делу на основании пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ в связи с неподведомственностью настоящего спора арбитражному суду, суд первой инстанции исходил из того, что настоящий спор экономическим не является (спор возник не в связи с осуществлением лицами, участвующими в деле, экономической деятельности, а в связи с исполнением Комитетом Постановления Правительства РК), не связан с осуществлением лицами, участвующими в деле, предпринимательской либо иной экономической деятельности, а также не является корпоративным спором по смыслу статьи 225.1 АПК РФ.

Второй арбитражный апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции, что настоящий спор не относится к категории корпоративных споров по смыслу статьи 225.1 АПК РФ.

При этом посчитал ошибочным вывод суда о неподведомственности спора арбитражному суду, поскольку данный спор связан непосредственно с экономической деятельностью ГКУ РК «ПАСС», и подлежит рассмотрению в порядке Главы 24 АПК РФ, указав при этом, что предметом настоящего спора является Приказ Комитета «О реорганизации ГКУ РК «ПАСС».

При этом суд апелляционной инстанции обратил внимание на то, что осуществление Учреждением функций некоммерческого характера не свидетельствует о невозможности осуществления иной экономической деятельности, предусмотренной Уставом.

Таким образом, учитывая публично-правовой характер, оспариваемый Приказ влияет на осуществление Учреждением экономической деятельности, в связи с чем рассмотрение настоящего спора подведомственно арбитражному суду.

 

 

Отдел анализа и обобщения судебной

практики, законодательства и статистики

Сервис временно не доступен